Эволюция легкохода

В поход налегке!

на главную страницу Легкоход.com

Тихоокеанская национальная туристская тропа ("PCT"): Фотоотчёт

Рик, 26.02.2010 (см. условия размещения отчетов)

Содержание отчёта: Подготовка
Южная Калифорния: 1 - 2 - 3 - 4
Центральная Калифорния: 5 - 6 - 7
Северная Калифорния: 8 - 9
Орегон: 10 - 11
Вашингтон: 12 - 13

02.06.2009 (вторник). День 40.

Переход: 26 км, температура: 3/21 град., высота: 1900/2550 м, ночёвка: 2450. Миля 718.


Я немного волновался с утра по поводу предстоящего перехода через Сьерра-Невада. Во-первых, если в Лугах Кеннеди с утра плюс 3 градуса, то какая температура будет на высоте 3000-3500 м? Во-вторых, мне не хочется идти в одиночку. Поэтому, я спрашивал и смотрел, кто сегодня уходит. Надо, чтобы было к кому присоединиться, если что. В-третьих, Сьерра-Невада - это неразрывный, практически нетронутый цивилизацией высокогорный массив, который тянется на много сот километров. Сегодня как будто начинается совсем новый поход. И рюкзак весит непривычно много...

Сходил на общественный завтрак за 7 долларов. Съел пару блинов в сладком, вязком сиропе, яичницу, бекон, фруктовый салат и сок. После этого медленно и рассеянно собирался и, наконец, тронулся в 10.30. До меня вышли Джим, Кат, Слим и ещё несколько ребят, преимущественно одиночек. Особенно меня удивили Кат и Слим. Кат отправилась в Сьерру в открытых сандалиях, потому что заказанная ею новая обувь не подошла размером. "А снег??" - я её спросил. "Ну не знаю..." - ответила, стараясь скрыть собственное волнение по этому поводу. Она постарается побыстрее дойти до города Индепенденс через 160 км, а там себе купит кроссовки, если что. У Кат самый лёгкий рюкзак из всех, какие я видел. С ней может сравниться разве что толстяк-полуиндеец по кличке "Слим" ("худой"), решивший за поход сбросить несколько десятков килограмм. Это уже его третий по счёту поход по Тихоокеанской тропе. Он хвастается своим рационом, дающим всего 1000 ккал в сутки: вермишель типа мивины да кофе. Хвастается и снарягой - голайтовским рюкзаком, с которого сорваны все лишние детали, тентом из силиконки, пуховым спальником. Базовый вес рюкзака - 5 фунтов (2,3 кг). Вся его одежда - это шорты и рубашка на пуговицах, больше ничего. Говорит - "мне не холодно".

Никаких особых трудностей сегодня не было. Пересёк огромный луг и несколько раз переходил через ручей по красивым деревянным мостикам. Под одним из них обедал долговязый Джим. Я остановился перекусить и пообщаться с ним. Он ест так много (6000 ккал в сутки), что в медведозащитную канистру не поместилось бы и половины его пищи. Поэтому, он пошёл на нарушение этого правила и надеется "проскочить" Сьерра-Невада незамеченным лесниками. А медведей он не ожидает видеть, так как в высокогорье сейчас для них мало корма. Лесники тоже обычно активно ходят только после таяния снегов. Позже я догнал Чака и шёл с ним до вечера. Мы нашли почти безветренное место за валуном и там поужинали, а затем и разбили лагерь на ночь.

Полынь и можжевельник на высоте 2000 м.
Очередной крупный сгоревший участок.
Привал у крошечного ручейка. Одна пластиковая бутылочка содержит высококалорийное ореховое масло, а вторая - мочёную гречку. Её замачиваю за 3-4 часа до ужина, а если холодно, то ещё раньше.
Широкая, покрытая полынью долина реки Южный Керн.
Чем не идеальное место для ночёвки?

03.06.2009 (среда). День 41.

Переход: 23 км, температура: 1/9 град., высота: 2450/3200 м, ночёвка: 2830. Миля 732.


С утра облачно и зябко. Недалеко от нашей стоянки мы застали Слима у большого костра возле тропы. Завтракал, пил кофе. Он похвастался своим костром, малокалорийным рационом для похудения и минималистским снаряжением. Должен признать, за весь поход я практически не видел костров. Пару лет назад в Южной Калифорнии неосторожное действие одного дальнохода стало причиной крупного лесного пожара. В последние годы по всему американскому Западу такие проблемы с лесными пожарами, что туристы совсем отучились разводить костры, а дальноходы даже боятся пользоваться спиртовками без ветроэкрана. Слим показывает, как за считанные секунды разжигает костёр, и я понимаю, какой это полезный навык...

Мы с Чаком продолжили наш путь. С невысокого перевала было видно, как тучи нагромоздились и местами идут осадки. Вскоре и у нас начался лёгкий снегопад, но снежинки сразу таяли, достигнув земли. Потом снег прекратился, но было по-прежнему облачно и холодно. В одном ущелье мы незначительно сбились с тропы, но внимательно изучив карту снова нашли её. Переговорили с молодной парочкой, которая ещё не разобрала палатку. Сказали, что девушка в сандалиях, "Кат", вроде пошла не в ту сторону, но они в этом не уверены. Через пару часов, после первого перевала выше 3000 метров, мы остановились у луга пообедать и отдохнуть. Я чуть было не заснул в бивачном мешке под спальником-одеялом, когда опять пошёл снежок. Мы быстро собрались и пошли дальше. Договорились с Чаком пока идти вместе. Видно, что надвигается нешуточная буря, и в таких условиях с напарником намного спокойнее. Далее тропа вела в гору к ещё более высокому перевалу. Чем выше поднимались, тем сильнее мело. А снег на земле уже не таял... В какой-то момент мы поняли, что рискуем сбиться с тропы, если будем идти дальше к перевалу. Надо сказать, что решение развернуться было принято не спонтанно. Тема наших дальнейших действий в случае того или иного развития событий обсуждалась нами много раз в течение дня.

Итак, мы развернулись и пошли вниз. Снег уже валил неслабо и на земле не таял. Через полчаса мы опять застали Слима у большого костра. На этот раз он обосновался у огромного кедра. Говорит, здесь ночевать будет. Показал, где выроет себе ложбинку возле массивного ствола дерева. Костёр нас обвораживал, и после долгих раздумий мы решили остановиться именно здесь, хотя я больше поддерживал идею вернуться к месту, где мы обедали и отдыхали. Было видно, что у кедра нет хороших мест для установки тента. Земля неровная, а почва рыхлая из-за столетиями опадавших кедровых иголок.

Натянул-таки тентик, но колышки (титановые, длиной 15 см и весом 6 гр. каждый) слабо держали оттяжки и часто выдёргивались, когда на тенте накапливался мокрый снег. Моему воображению представлялась длинная ночь у костра, и я жалел, что мы с Чаком не спустились вниз к подножью горы. Там было абсолютно ровное место с плотным грунтом. Чак тоже кое-как установил свой тарптент, но колышки у него тоже выдёргивались под весом мокрого снега. С каждым разом его восклицания всё больше походили на обычный мат. С тоской мы грелись у костра в ожидании длинной, безрадостной ночи. Поужинали, поделились пищей со Слимом. Он уже жалеет, что взял с собой в снежную Сьерра-Невада одну лишь лапшу и кофе.

Но ещё до этого нас догнала вышеупомянутая молодая парочка. Они долго спорили, что делать дальше. Парень, швейцарец, не видел в погоде ничего страшного и был настроен идти дальше. Девушка же хотела остановиться у нас и не без нашей помощи победила. Увидев их крепкий, "бесколышковый" МСР-овский домик рядом с моим продавливающимся под мокрым снегом тентиком, впервые с момента увлечения легкоходством я захотел палатку. Девушка дала мне позвонить родителям с её спутникового телефона. Я оставил сообщение на автоответчике, что, мол, у нас тут снежная буря, но нас пятеро и всё нормально, но вот одна девушка заблудилась, и не знаем, где она. После звонка девушка на меня странно посмотрела и сказала - "по-моему, ты драматизируешь".

Холодало и темнело. Слим принялся вырывать свою яму и сказал, что места там хватит и на меня. Так и быть, я согласился. Уже зауважал Слима за его навыки выживания и за то, что не брезгует грязью, как я. Чак всё матерился и переставлял колышки. Я дал ему верёвку, чтобы закрепить хотя бы верхушку тарптента. Помогло. Когда стемнело, я перенёс все вещи и лёг рядом со Слимом. Он привязал свой тент из силиконки к стволу и веткам дерева. Я залез в бивакзак и начал согреваться. Переживал за Чака, ведь он с каждым выходом на улицу всё больше мокнет. Я просил его свистнуть, если ночью не сможет согреться или палаточка у него окончательно рухнет под снегом.

Тёмное, облачное небо предвещает осадки.
Засыпанная снегом тропа.
Вся моя одежда на мне. На плечевых ремнях рюкзака ULA Catalyst имеются резиновые петли для крепления бутылок. На правой лямке висят часы.

04.06.2009 (четверг). День 42.

Переход: 29 км, температура: -3/12 град., высота: 2830/3430 м, ночёвка: 3430. Миля 750.


Утром с неподдельной радостью узнал, что все живы и здоровы. Ночью спалось очень неспокойно. После наступления темноты снегопад постепенно прекратился, поднялся ветер. Снег начал активно таять и с веток дерева шумно падал мокрыми комками на тент. Это продолжалось всю ночь. Я убедился в том, что вчера надо было всё-таки вернуться на то место, где мы с Чаком обедали. Там можно было бы вбить колышки в твёрдый грунт на открытом месте без снегоносных деревьев над головой. А там ниже, возможно, снег был бы не таким липким или обильным, а тент бы лучше выдерживал его вес... Ну да ладно, на ошибках учатся. Такая стрёмная ночёвка у меня впервые в жизни.

Бедная Кат! Где она ночевала? Будем надеяться, что она всё ещё впереди нас. С утра сушили вещи, разговаривали, удивлялись изменениям в погоде. Было солнечно, безоблачно и очень красиво. Выпавшие за вечер 10-15 см снега стремительно таяли. Были все основания надеяться, что худшее уже позади. По пути к перевалу мы набрали воду, стекавшую тоненькой струёй с высокого, покрытого снежной шапкой камня. Вскоре мы нашли место, где кто-то ночевал. Оттуда по снегу на север шли следы, но вроде не Катовские...

Виды сегодня были великолепные, что компенсировало дискомфорт от мокрых ног. Мы долго шли по самому гребню хребта. С востока высота хребта резко падает, образуя крутой откос, заканчивается снежный покров, начинается бескрайняя пустыня. Мы с Чаком держались вместе, иногда с разрывом в 2-3 минуты, не более. Много разговаривали между собой, пообщались также с четвёркой туристов, идущих в другую сторону. Нас потом догнал Слим. Он решил свалить вниз к парковке для туристов и оттуда доехать на попутке до города. Мы смотрели вниз и увидели там лишь одну машину. Слим говорил, что ему надо космическое одеяло и побольше пищи. К вечеру мы догнали Джима, делились впечатлениями о прошедшей ночи. Он тоже не видел Кат. Мы поднялись до высокогорного озера и разбили там лагерь, а Джим пошёл дальше по тропе. Через несколько минут подошли две парочки. Опустился промозглый туман. Я съел свою холодную гречку с оливковым маслом, тунцом и луковым порошком. В такой холод хочется хоть немножко подогреть пищу...

Наше со Слимом место ночёвки.
А если подойти поближе, то видно, возле какого великолепного каменного изваяния мы спали:)
С утра солнечно и красиво.
А у ультралегкохода "Слим" (то есть "худой") другой одежды и нет, но на холод не жалуется. Он наполовину индеец, наполовину датчанин, а все его принимают за мексиканца.
Насколько хватает глаз, всё засыпано снегом.
Вид на пустыню. Дождевая тень западного пояса Кордильер простирается на тысячу километров.

05.06.2009 (пятница). День 43.

Переход: 26 км, температура: -4/9 град., высота: 2900/3500 м, ночёвка: 3230. Миля 767.


Вряд ли ещё будут ночёвки на такой большой высоте. Через пару дней достигнем наивысшей точки всей Тихоокеанской тропы, а после этого каждый очередной перевал будет ниже предыдущего. С утра снежок, туман, мороз. Остальные ребята ушли, как только пошёл снег, но мы с Чаком долго согревались и собирались. Чувствую себя неподготовленным к такому холоду. Ну почему же я не попросил прислать мне в Луга Кеннеди пуховую жилетку и спиртовку? Столько пользы было бы от этих 400 грамм (с учётом спирта)! Когда всё промерзшее, даже ореховые батончики, особо не наешься. С утра едва перекусил, шёл натощак до появления солнца в 11 часов. До этого температура всё время держалась около нуля, и нужно было идти всё время, чтобы не замёрзнуть. К 11 мы с Чаком совсем проголодались и обезвожились. Ели, как медведи после зимней спячки.

Менялся характер гор. Встречалось всё больше небольших ручейков, в окружающем ландшафте отмечалось всё больше следов воздействия ледников. В 13.00 дошли до речки шириной 8-10 метров, которую нужно было перейти вброд. Я сглупил и не снял кроссовки, потом долго отдыхал на противоположном берегу, пока сохли. Чак пошёл оттуда на час раньше меня, и мы больше не виделись до вечера. Идти одному тоже приятно. Я много размышлял и сделал набор фоток и видеозапись для подруги на специальной карте памяти небольшого объёма. Как-нибудь вышлю ей по почте. У меня основная карта памяти ёмкостью 8 Гб, запасной - 4 Гб. Их должно хватить на весь поход.

На подходе к турстоянке вечером было ещё два перехода через речку. Температура воды приблизительно 0,0001 градуса. При первом переходе я снимал обувь, а при втором умудрился перепрыгнуть-перелезть по камням и брёвнам, не намочив ноги. Похолодало опять, и не хотелось ещё и идти с мокрыми ногами. Почти стемнело, когда дошёл до стоянки дальноходов. Человек 8 сидело за костром и грелось. Разложив вещи неподалёку, я присоединился к ним и попытался хотя бы чуть-чуть подогреть свою гречку у костра. Расспросил ребят про Кат, но никто ничего не знает. Значит, она точно сбилась с тропы, и остаётся только надеяться, что она выбралась благополучно.

Вечером ясно и холодно. Вчерашний снег уже растаял на лугах и в лесу, но ещё держится на вершинах. Именно от этой турстоянки начинается радиальный маршрут на наивысшую гору Сьерра-Невада и вместе с тем всей страны за исключением Аляски, гору Уитни высотой 4421 метр над уровнем моря. Поэтому здесь столько людей. Большинство дальноходов совершают это восхождение, ведь если ты не дальноход на PCT, то разрешение на восхождение намного сложнее получить. Сюда люди съезжаются из всей страны и не только. Японец "Яс" на ломаном английском сообщает, что пытался взять вершину сегодня, но его остановили глубокий, мокрый снег и настораживающее отсутствие следов других туристов на свежевыпавшем снегу. Любопытно, что кроме Яса не встречалось мне ни одного дальнохода азиатской внешности, ни чернокожих, ни латиносов, хотя таковые составляют треть населения США. А сам Яс не американец, а специально приехал из Японии, чтобы пройти Тихоокеанскую тропу. Это заставляет задуматься. Может быть, попозже изложу свои мысли насчёт того, какие люди отправляются в подобные походы и почему отсутствуют представители других рас.

Жизнь под тентом. В середине пончо-тента имеется капюшон, который нужно оттянуть в сторону, иначе дождь (снег) в нём накопится, и тент провиснет.
Неприступный гранитный хребет.
Олень.
Крошечный ручеёк шириной 5-10 см. Мы с Чаком шутили, что если бы этот ручеёк находился в Южной Калифорнии, то его бы уже занесли во все путеводители. А в Сьерре такие ручейки иногда встречаются через каждые 10 метров.
Гора Гийот. Чётко просматривается русло бывшего ледника.
Приятный высокогорный ландшафт южной Сьерры.
">
Бдительный, жирный сурок. Таких здесь много.
Луга "Крабтри". Среди далёких вершин должна быть гора Уитни, моя завтрашняя цель.

06.06.2009 (суббота). День 44.

Переход: 24 км, температура: -3/5 град., высота: 3230/4400 м, ночёвка: 3230. Миля 767.


В два часа ночи я понял, что идёт снег. После некоторой раскачки встал и за пару минут натянул тент. Заснул с мыслью, что восхождение на Уитни, наверное, отменяется. Тем не менее, в 7 часов все уже были на ногах. Сам встал в 7.30, долго грелся и завтракал. Остальные ушли в 8, как и было оговорено без моего ведома. Было немножко обидно, что меня не посвятили в свои планы, но это объясняется тем, что я вчера поздно пришёл и не приложил достаточно усилий, чтобы узнать планы остальных.

Хотя ночью немного засыпало снегом, но это никого не остановило. Может, осторожничаю, но я взял с собой спальник-одеяло, бивакзак, пончо-тент, один из ковриков и достаточно пищи, чтобы пережить непредвиденный бивак на горе. Остальные ребята прихватили с собой лишь пищу на день, а всё остальное оставили в лагере. Я начитался рассказов о вышедших боком ПВД и прекрасно понимаю, что эти дополнительные два кило могут однажды спасти мне жизнь. Кстати, за оставленные вещи можно не переживать - на тропе одни лишь дальноходы.

Только начав подъём, набрёл на стоянку Яса из Японии. К моему удивлению, он спит под самодельным тентом с "клювами" в стиле Рэя Джардина. Он с трудом объясняется на английском языке, но уверял меня, что скоро начнёт восхождение сам. Но впоследствии я его не видел. Значит, он передумал и пошёл дальше по Тихоокеанской тропе. Я и сам был не уверен, что в таких условиях поднимусь на гору Уитни, но как-то получилось так, что дошёл-таки, причём догнал всех тех, кто стартанул в 8. На вершине у всех настроение радостно-возвышенное за исключением одной парочки, которая там окончательно поссорилась. Но я об этом узнал лишь после спуска. Виды великолепные во все стороны. С востока пустынная долина Оуэнс, в остальных направлениях бесконечные заснеженные вершины. С погодой нам повезло: видно, что через час-два часа вершину запросто могут накрыть облака. Идти по тающему снегу местами было стрёмно. Тропа пересекала зигзагами довольно крутой склон (градусов 40-45), а подтаявший снег плохо держал вес человека. Я пересекал крутые участки без особого напряга, даже не достав ледоруб (за что и корил себя позже), но смотреть не мог, как сзади меня девушка переходит те же участки с трясущимися ногами, подбадриваемая подсказками Джима. Швейцарец же, только что поругавшись с девушкой, энергично спускался практически напрямик и за считанные минуты превратился в далёкое тёмное пятнышко. Надо сказать, я единственный из всей этой группы, кто носит ледоруб. Все остальные пользуются лишь трекпалками.

В лагере швейцарец мне пожаловался, что у них с девушкой "разные стили". Ему зачастую приходится ждать её "часами", не спешит она и собираться по утрам. Благо, они познакомились на тропе, поэтому, легко перенесут расставание. Есть только одна загвоздка. После знакомства с ней он отправил свою палатку в город Маммот, что в 240 километрах отсюда. Несмотря на частые снегопады и непрекращающийся холод, он твёрдо намерен идти до Маммота с одним лишь 100-граммовым спасательным бивакзаком.

Вскоре в лагере набралось человек 20-25 дальноходов - тех, кто сегодня поднимался на гору и тех кто хочет это сделать завтра. За нами, оказывается, всё время шла большая группа людей, в т.ч. Рафики, Маргарет и другие. Компания довольно дружная и отдельные люди мне нравятся, но в целом не жалею, что иду впереди них. Они рассказали последние новости о судьбе Кат, за которую так переживаю. По слухам, в ночь снежной бури (3 дня назад) она послала сигнал SOS от своего GPS трекера. Что потом было, никто не знает.

Завтра предстоит первый и самый высокий из многочисленных снежных перевалов, перевал Форрестера. Все о нём наслышаны. Говорят, с южной стороны он стрёмный, а с северной завален снегом. Надо будет утром встать пораньше, чтобы успеть подняться и спуститься. Надоело на морозе есть холодное. И вообще надоела беспрерывная борьба с холодом. Куплю я в следующем населённом пункте космическое одеяло и, может, какую-нибудь дешёвую одежду, сделаю себе спиртовку для подогрева завтрак и ужина хотя бы до температуры тела.

Высокогорное озеро в начале подъёма.
"Серебристая Лиса" созерцает обрывистые скалы с вершины Уитни.
На вершине построен каменный приют с молниеотводом. Здесь бывают страшенные грозы.
Вид с вершины Уитни.
Обед у приюта. Ем арахисовое масло ложками в прикуску к невкусным батончикам из натурпродуктов. Ноги за подъём намокли, поэтому, надеваю на ноги сухие носки и полиэтиленовые пакеты, а затем кроссовки (Inov-8 Roclite 305), "фонарики" (eVENT Shortie Gaiters от Integral Designs) и кошки (Microspikes от Kahtoola).
Здесь построена очень хорошая, широкая тропа. Народ старается по ней ходить даже тогда, когда гора всё ещё покрыта снегом.
Ещё один вид с тропы. Тропа идёт вниз к гитарообразному озеру у левого края фотографии. Так и называется - "Гитарное озеро".
Моя стоянка. Обычно устанавливаю тент именно так.
Народ греется у костра. Как видно, один человек ходит в ботинках, и многие ребята носят с собой шлёпанцы как раз для таких случаев.
Костёр - он и в Америке костёр.

07.06.2009 (воскресенье). День 45.

Переход: 32 км, температура: -3/12 град., высота: 2900/4020 м, ночёвка: 2900. Миля 787.


После вчерашнего восхождения на гору ноги так и не согрелись ночью, как следует. Подгоняемый холодом, собрался утром за 20 минут. Три раза переходил через ручьи. Не намочить кроссовки представлялось невозможным. Шёл быстро, чтобы не замёрзнуть. Когда вышло солнце, остановился позавтракать и сушить обувь и носки. Понял, что кроссовки высохнут быстрее, если максимально выжать руками воду из поролона. Больше всего набирают воды язычки. После того, как отжал обувь и надел сухие носки (тонкие нейлоновые), кроссовки кажутся чуть влажными, но носки уже не промокают насквозь. Через пару часов кроссовки высохли полностью.

Далее тропа шла вверх и пересекала высокое плато, откуда открылись великолепные виды во все стороны. Потом начался подход к перевалу Форрестера по промозглой долине без деревьев. Я догнал легкохода-самодельщика по имени "Терри", который уже лет 20 шьёт собственные вещи из силиконки и других тканей. Мы бегло познакомились в Лугах Кеннеди, но тогда не затрагивали тему снаряжения.

На одном из первых заснеженных склонов я остановился, чтобы надеть фонарики и кошки и попрактиковаться в использовании ледоруба (CAMP Corsa длиной 70 см). Практика не принесла результатов: склон был слишком пологим. Перед походом я смотрел видео в Интернете и читал о технике использования ледоруба, но никогда ещё им не пользовался. Пока справлял естественную нужду, меня обогнал Терри и догнал Чак. Дальше мы шли вместе. На самом подходе к перевалу глубина снега значительно увеличилась, Чак сбавил темп и начал пыхтеть, а я от него оторвался и стал догонять движущиеся зигзагами по склону пятнышка. За нами шли и другие ребята, поэтому, я не стал ждать Чака. Сам перевал расположен в таком месте, которое на первый взгляд кажется совершенно неприступным из-за крутизны склона и окружающих скал. Но именно туда мы шли. На подъёме ничего стрёмного не было, но вот перед самым перевалом тропа сворачивает в сторону от выпуклого, каменистого склона и пересекает узкий кулуар с наклоном в 45 градусов. Если там поскользнуться и не остановить падение буквально за одну секунду, то есть большой риск серьёзно травмироваться, ударившись об камни. Достал ледоруб, глубоко вдохнул, пошёл. Сразу ощутилось преимущество ледоруба перед трекпалками. Засчёт его большего диаметра он не проваливается и не шатается в снегу, а держится крепко. Между осторожными шагами я переставлял ледоруб правой рукой, вбивая 70-сантиметровый ствол в плотный снег. Пересёк кулуар без курьёзов и сразу почувствовал прилив радости, ведь по отзывам дальноходов Уитни и Форрестера чуть ли не самые сложные участки всей Тихоокеанской тропы. И я справился с этими вызовами!

На самом перевале встретил вышеупомянутых Терри и швейцарца по кличке "Ледовая Шапка". Мы стояли как бы на разделительной линии между двумя мирами. На южной стороне перевала преимущественно ясно, ландшафт достаточно ровный и открытый. На северной же стороне поднимается холодный клочковатый туман, рельеф подчёркнуто ледниковый, с острыми вершинами и глубокими, U-образными долинами. Ледовая Шапка, как и раньше, пошёл напрямик вниз при первой же возможности, а мы с Терри шли по гребню, стараясь держаться занесённой снегом тропы. Терри здесь не впервые и оказался хорошим проводником. Я часто оборачивался, чтобы посмотреть, не поднялись ли Чак и другие ребята на перевал. Увидев нас, они поняли бы, как им лучше спускаться. По пути обсуждали религию и духовность. "Значит, ты буддист" - подытожил Терри, выслушав мой рассказ о пребывании в лоне организованной религии - "тут все буддисты". "Ну, разве что неорганизованный буддист" - ответил я.

После длинного спуска по преимущественно заснеженному гребню мы оказались на дне глубокой ледниковой долины. Терри ушёл далеко вперёд, пока я сражался с высокими сугробами, которыми местами была занесена тропа. Утомившись, я свернул с тропы, которая всё равно терялась среди согнувшихся под снегом деревьев, и далее шёл по самому простому, как мне казалось, пути. Такое ощущение, что попал в другую климатическую зону. Снег встречается гораздо ниже, отовсюду стекает вода. Кроссовки наполнялись водой снова и снова. Наконец-то, закончился снег. Я застал Ледовую Шапку и Терри на турстоянке, где имеется специальный железный ящик для хранения пищи. Вечер получился насыщенный: мы с Терри долго обсуждали предметы нашей экипировки, сравнивали тенты, рюкзаки, одежду, спальники, пробовали на ощупь ткани, рассматривали швы... Он ещё живьём не видел ткань кубен, а мне очень понравился его простой, практически бесшовный плащ-палатка из силиконки. У него также есть силиконовые анорачка и штаны на один шов, как для защиты от дождя, так и для утепления на стоянках и привалах. Особенно гордится непромокаемой шапочкой с синтетическим утеплителем. Всё его снаряжение многократно испытано в разных погодных условиях. Демонстрировал свою снарягу и Ледовая Шапка, который использует облегчённое снаряжение известных производителей, но ещё не видел экипировку настоящих "весоманьяков". После обмена опытом разожгли костёр, ужинали и разговаривали до 22 часов. Беседа была милая и весёлая. Чак так и не появился, хотя мы и были уверены, что все дальноходы захотят заночевать именно на этой турстоянке.

Утренний вид на освещённый солнцем хребет.
На этом плато невозможно было не остановиться на пару минут, чтобы попытаться охватить взором внезапно открывшиеся во все стороны виды.
Вид на восток на самый гребень хребта Сьерра-Невада.
Треккинговые палки здорово помогают при переходе через такие ручьи. Можно переходить небольшие речки в сандалиях, но должна быть жёсткая фиксация пятки. Особой популярностью у дальноходов пользуются пластиковые туфли "Crocs", которые весят мало и достаточно плотно обхватывают стопу.
На подходе к перевалу Форрестера. А кто угадает, где именно находится перевал? Да-да, над кулуаром в самой середине фотографии.
Опасный переход через заснеженный кулуар.
Вид с перевала Форрестера на север. Ярко выраженный ледниковый рельеф.
">
После километрового спуска оказываешься на самом дне долины. Повсюду тающие снежники и потоки талых вод, а чуть ниже - пересыщенная влагой почва.

08.06.2009 (понедельник). День 46.

Переход: 18 км, температура: -1/17 град., высота: 2800/3600 м, ночёвка: в городе. Миля 790.


У костра вечером выпил столько жидкости, что ночью пришлось два раза сходить в туалет. Спал крепко, но ноги опять так и не согрелись полностью. Ощущение не из приятных. Мои соседи по лагерю вышли на тропу рано, а я дремал и ждал появление Чака. Мы с ним собирались спуститься по боковой тропе в город Индепенденс ("независимость") за провизией, тогда как Терри и Ледовая Шапка планируют закупиться в следующем населённом пункте через 140 км. Примерно половина дальноходов спускается в Индепенденс, а вторая половина набирает побольше продуктов в Лугах Кеннеди и мужественно идёт 10 дней без "дозаправки". В таком случае расстояние без населёнки для них составляет 280 км по сложному рельефу, в т.ч. высоким заснеженным перевалам, с переходами вброд. Бывает, что на этот переход ребята урезают свой рацион, чтобы не тащить с собой из Лугов Кеннеди целых 10 кг пищи плюс-минус пару килограмм в зависимости от своих физиологических потребностей. Иногда это оборачивается упадком сил и настроения, заболеванием или вынужденным спуском в Индепенденс. А почему же все тогда не заходят в Индепенденс, откуда легко добраться до более крупных городов (хотя всё относительно) Лоун Пайн ("одинокая сосна") или Бишоп ("епископ")? А потому, что это лишние 14,5 км в каждую сторону с двухкратным преодолением перевала. Естественно, такие вещи надо планировать заранее. В Лугах Кеннеди и даже раньше все уже узнали друг у друга, кто будет спускаться в Индепенденс, а кто будет идти без остановки до Вермильон Валли Резорт ("курорт долины Вермильон").

С утра мимо нашей турстоянки прошло несколько ребят, но я всё ещё дремал. Думал, что Чак обязательно что-то скажет, когда меня увидит. Наконец, не дождавшись его, встал сам и вышел в 8.40. Есть не хотелось, особенно холодное, поэтому, за четырёхчасовой переход до стоянки машин в Онион Валли ("луковая долина") съел лишь стограммовый батончик да выпил поллитра воды. Иногда такое состояние находит: идёшь быстро-быстро, пренебрегая потребностями организма, чтобы поскорей достичь долгожданной цели. Перевал Кирсаржа был несложным. На спуске ещё лежали снежники, но на восточном склоне хребта заметно суше, а снега, соответственно, меньше. Внизу, на высоте 2800 м, было солнечно и тепло. Остановился у стоянки машин отдохнуть, перекусить и минимально помыться. Хотел ждать Чака, но где-то через час после моего прихода разговорился с парнем, который впоследствии предложил отвезти в Индепенденс. Что ж, подумал я, надо соглашаться. По дороге вниз узнал, что он учится в докторантуре на биоинформатика и в свободное время занимается альпинизмом. Приезжает на востоный склон Сьерры из далёкого Лос-Анджелеса. Во время длинного спуска к городу он увлёкся рассказом о своей докторской диссертации, и время пролетело заметно.

Индепенденс, на самом деле, очень маленький пыльный город, зато наделённый такими видами, что аж дух захватывает. Сердцем города оказалась бензозаправочная станция со скромным супермаркетом, рядом с которой расположен ресторан быстрого питания "Subway". Туда я и устремился. Перед рестораном на скамеечке сидело три грязные неподвижные фигуры. Это были дальноходы "Атлас", "Горец" и "Имбирное Печенье", вышедшие из Лугов Кеннеди на два дня раньше меня. Они выглядели сгоревшими и измождёнными. Повествовали мне известную историю про снегопады, сугробы, холод и моральное и физическое истощение. Это их вторая полная днёвка в Индепенденсе, предполагают тронуться завтра утром. От них я узнал о городском кемпинге, где одно место стоит 10 долларов. Но туда, говорят, может втиснуться несколько палаток, так что приходи, если хошь. Рассказал им про лёгкое покалывание в стопах и онемение пальцев ног. Сказали, что у них тоже постоянно мёрзнут ноги.

Во второй раз за весь поход я заплатил за обед в ресторане. У меня же бюджет, и обычно дешевле наесться продуктами из супермаркета. За 5,50 долларов заказал себе "футовый" сендвич длиной в 30 см с беконом и овощами. Через час ещё один. Второй раз мне дали побольше бекона. В магазине при АЗС купил спасательное одеяло, пачку одноразовых грелок для стоп и лейкопластыри.

Чак всё не появлялся. Я уже заволновался, когда, наконец, из подъехавшей машины выгрузились Чак и знакомый мне парень "Человек за бортом". Оказывается, они увлеклись беседой и свернули на боковую тропу, которая ведёт вниз на запад по "очень красивой" долине. Там увидели на тропе медведя, было много свежей зелени. Пройдя 8 км, они поняли свою ошибку и развернулись назад. За день очень устали. Я к ним присоединился в ресторане Subway и слопал очередной сендвич с беконом, майонезом, авокадо и другими овощами. Вроде насытился. Потом поболтал с девушкой по телефону, а Чак пошёл искать место для ночлега. Пригласил меня к ним в трёхместный номер недорогого мотеля. Предпочитаю кемпинги, но решил остаться с ними за компанию, раз Чак приглашает. Иначе мне стоило бы 20 долларов, включая завтрак. Мне рассказали последние новости про судьбу "Кат". В день снежной бури она заблудилась-таки и не смогла натянуть тент из-за тяжелого мокрого снега. Послала сигнал SOS от GPS трекера, залезла в спальник и сверху закрылась тентом. На следующий день нашла тропу и спустилась в Лоун Пайн по боковой тропе, как и Слим.

А у Человека за бортом было своё приключение. На Уитни он поднимался на следующее утро после нас. Ходил без очков и начал слепнуть. Тем не менее, после успешного восхождения он собрал вещи и в тот же день преодолел перевал Форрестера. Надел на глаза повязку и поднялся на перевал чуть ли не наощупь. "Сейчас понимаю, что это было самым глупым и рискованным действием в моей жизни" - он резюмировал. Глаза стали немного лучше, но он ещё боится, что нанёс им непоправимый вред. В номере я постирал одежду и помылся (по возможности делаю это одновременно). Остальные сразу уставились в "ящик для идиотов", что мне не очень понравилось. Я слышал от многих дальноходов, что для них самый лучший отдых - это купить ящик пива и часами напролёт смотреть телевизор (фильмы или просто программы). В такие моменты чувствую себя инопланетянином, т.к. мне не хочется ни пива, ни телика, и вообще предпочитаю ночевать на улице.

Прекрасный вид на югозапад во время подъёма на перевал Кирсаржа.
Вид с перевала.
На спуске в Онион Валли встречаются красивые пихты идеальной формы.
Трудно понять, схватка это или ритуал спаривания.
Осина - одно из моих любимых деревьев. Это первая осиновая роща, которую я видел за весь поход.
Здесь находится популярная оборудованная турстоянка для автотуристов. Любой мусор, пища и обладающие ароматом предметы личного ухода положено хранить только в специальных металлических ящиках, чтобы медведи их не унесли.
Информационный щит сообщает: "Никогда не недоценивайте животное, которое способно научиться управлять мотоциклом. Храните пищу в медведопрочном бачке. От этого может зависеть как жизнь медведя, так и Ваша собственная безопасность". Пойманные на систематической агрессивной краже продуктов медведи обычно уничтожаются. Только единицы остаются в живых, как правило, в зоопарках. Как рассказано на щите, медведь по имени "Фишер" ("рыболов") теперь "помогает другим медведям тем, что тестирует контейнеры для хранения пищи".
Обед у ящиков для хранения пищи. Как всегда, ем залитые молоком обжаренные мюсли (т.е. "гранолу"). Получаю таким образом около трети своих калорий. Слева стоят карбоновые трекпалки весом 200 гр. от Titanium Goat.

09.06.2009 (вторник). День 47.

Переход: 0 км, температура: ?, высота: ?, ночёвка: в городе. Миля 790.


Днёвка в Индепенденсе. Спал, как труп. Завтрак в мотели был дешёвый, типа сухой завтрак и булочки, но мы за час наелись ими всё равно. Потом сходил на почту за посылкой. Намеревался сегодня вернуться на тропу, но засомневался, рассмотрев густые тучи, постоянно висевшие над хребтом. Кроме того, никто не хотел сегодня выдвигаться. Чак снова пригласил меня остаться с ними в номере, но уже только за полцены. Я ответил утвердительно только к вечеру. Жаба душила за кемпинг отдать те же 10 долларов, но без завтрака.

13 дальноходов сегодня спустилось с гор. После продолжительных бестолковых переговоров они решили поехать отовариваться и отдыхать в Бишоп или Лоун Пайн. Мы их уговаривали поехать с нами в Лоун Пайн, что намного ближе Бишопа, но пока разговаривали, нами был пропущен единственный за послеобеденное время автобус. Потом долго стояли на обочине дороги и ловили машину, но "стая" первой договорилась с машиной у АЗС и проехала мимо нас, маша руками. "Чёрт побери!" - мы воскликнули.

Наконец, доехали и мы. Сразу пошли в супермаркет, где пересеклись со Слимом. В магазине турснаряжения нам передали неутешительный прогноз погоды: фронт низкого давления "завис" над всем регионом и постоянно направляет холодный воздух и осадки в Сьерра-Невада. Может быть, через неделю всё рассеется. Местные уже в шутку называют этот месяц "юнварь" вместо "июнь". В общественной коробке дальноходов (т.н. "hiker box") в супермаркете мне попалась неполная бутылка с антифризом. Я прихватил её с собой в надежде найти или смастерить спиртовую горелку.

Поехали назад в Индепенденс, в этот раз уже на автобусе. Я занялся делами: нашёл в магазине баночку нужного размера для спиртовки и посетил местную библиотеку в подвале здания горадминистрации. Хотел долго сидеть в Интернете, но у них лимит 30 минут. Времени едва хватило на то, чтобы проверить почту, написать по строчке девушке и маме, проверить состояние моих запросов на продукты и за оставшиеся 3 минуты поискать информацию о возможных причинах онемения пальцев ног. Вышел оттуда совсем задёрганный. Потом у ресторана "Subway" познакомился с бородатым, очкаристым финном среднего возраста, который проходит часть Тихоокеанской тропы и в свободное время подучивает русский язык по книжке. Я предложил ему свою помощь в обучении и хотел скинуться с ним на место в кемпинге, но в конце концов он решил уехать в Бишоп. Потом на блестящем чёрном автомобиле подъезжала к АЗС молодая пара новых русских, но желания познакомиться с ними у меня не возникало.

Поужинали шикарно. Человек за бортом приготовил вкусные свиньи рёбрышки на общественном гриле за зданием мотеля, а я угостил ребят чем-то вроде овощной шаурмы. Долго общались и легли часов в 10.

Номер в мотеле.
Теперь точно установлено, что даже в самый большой медведопрочный бачок вмещается всего 5 дней пищи (т.е. 25 тысяч ккал).
Вид на широкие, но пустые улицы Индепенденса.
Максимальный перепад высоты между долиной Оуэнса и вершинами хребта составляет 3000 метров.
Возвышающиеся над долиной вершины неизменно притягивают взгляд, но в эту погоду желания вернуться на тропу нет никакого.

10.06.2009 (среда). День 48.

Переход: 26 км, температура: 3/9 град., высота: 2800/3650 м, ночёвка: 3140. Миля 796.


Встали и позавтракали до отвала. Чак и Человек за бортом отправились в горы сразу после завтрака, а я остался ещё часик, чтобы пообщаться с девушкой по телефону-автомату. Вчера мы не договорили, потому что ей надо было идти на работу. Звоню всегда по телефонной карточке с низким поминутным тарифом по сравнению с расценками телефонов-автоматов. Если звонить без карточки, выходит очень дорого. После звонка накинул на себя рюкзак и начал идти вверх по дороге в Онион Валли, постоянно оглядываясь, чтобы вовремя поднять большой палец и надеть улыбку. Остановилась машина. Водитель сказал, что может меня подвезти к тропе вместе с другим дальноходом, с которым договорился вчера. Подъехали к кемпингу его ждать, но его там не оказалось. "Если это тот самый финн (а других дальноходов в городе и нету), то он ещё вчера уехал в Бишоп" - я сказал. "Чё он меня не предупредил! У него же есть мой телефон!" - возмутился мужчина - "Уже второй раз за два дня меня кинули." Вчера он был в Онион Валли, когда спустилась большая группа дальноходов. Предложил отвезти ребят в две ходки и уехал с половиной группы. Когда вернулся через час, никого уже не было. Всю дорогу мы обсуждали эти неприятные случаи, и я пытался спасти подпорченный имидж дальноходов.

В результате общения с девушкой у меня мозг активизировался, и я поднимался быстро. Догнал напарников на последнем серпантине перед перевалом Кирсаржа. После перевала был несложный спуск к Тихоокеанской тропе. Затем почти сразу начался подъём на очередной перевал, перевал Глена. 4 часа дня - не самое лучшее время для преодоления заснеженного перевала в середине июня, но у нас особого выбора не было. Снег обычно подтаивает к полудню и становится всё более мягким, пока не начинает снова затвердевать часам к 5. Это значит, что по мере подтаивания снега проваливаешься сначала по лодыжку, затем по икру и, наконец, по колено. Спуск по крутому северному склону занял у меня намного больше времени, чем у Человека за бортом, потому что я старался держаться местами проглядывающейся тропы вместо того, чтобы спускаться напрямик по снегу. Спустя два часа мы дошли до группы живописных озёр и там разбили лагерь. Было принято решение проигнорировать запрет на разведение костров на этой высоте, дабы погреться перед сном. В течение дня я "отдыхал" от своего обычного рациона и ел продукты, купленные вчера в магазине, например, остатки от овощной шаурмы, обильно залитые майонезом. Ничего вкуснее помидоров с майонезом быть не может.

Подъём на перевал Кирсаржа. Погода не улучшается.
Щит на перевале Кирсаржа сообщает о входе в национальный парк "Кингс" ("Королей").
Человек за бортом поднимается на тропу после падения. На ногах носит только шорты и короткие носки.
Перевал Глена. Как обычно, подход с юга несложный, но, перевалившись через перевал (тавтология) и впервые увидев его снежную северную сторону, поначалу не представляешь себе, как будешь спускаться. Только ровные следы прошедших ранее дальноходов вселяют уверенность. "Раз не поскальзывались они, то не поскользнусь и я".
Одно из озёр Рэй. Эти живописные озёра облюблены туристами, но до схода снега здесь совершенно пусто.

11.06.2009 (четверг). День 49.

Переход: 26 км, температура: -1/15 град., высота: 2600/3670 м, ночёвка: 2600 м. Миля 812.


Ступили на тропу в 6.50, долго спускались по живописной ледниковой долине. Ниже 2900 м лес становился всё разнообразнее. Наряду с кедрами и новыми видами сосен появились и ивы и осины с весенними почками, которые как будто бы распускались у нас на глазах по мере нашего спуска по долине. Наконец-то, пришла весна! Небо ясное, синее. Предстоял переход через бурлящую горную речку, но когда мы пришли к месту перехода, увидели перед собой вновь построенный деревянный мостик. Отдохнули у речки, позавтракали. Остальные пошли дальше, а я остался досушить носки и кроссовки.

Несмотря на весеннюю погоду, километры (вернее, мили) сегодня давались с трудом. Мы опять поднялись на очередной перевал (Пинчота) только к 16 часам. На подходе и спуске проваливались по колено в мягкий подтаявший снег. Шли медленно и к вечеру очень устали. Кроме того, я целый день грузился на поднятые вчера темы и получал мало эстетического удовольствия от красоты окружавших меня гор. Всё время вспоминал прошлое, воображал себе разговоры с различными людьми и формулировал мысли, риторические вопросы и ответы на них. Такое иногда бывает в походе. Когда тебя ничего не отвлекает, можешь мусолить одну тему хоть целый день.

На подходе к перевалу нас догнали два дальнохода по кличке "Шара" и "Помидор". Я видел их в Агуа Дульсе у двора Софли, но был с ними практически не знаком. Шли они быстро и налегке. Почти в тот же момент впервые за много дней мы увидели человека, идущего нам навстречу. Это был мужчина среднего возраста, который совершает соло-поход по тропе Джона Мюра с севера на юг. Тропа длиной 350 км совпадает практически полностью с Тихоокеанской. Недоверчиво взглянув на наши кроссовки, он произнёс - "Надеюсь, вы хорошо подготовлены. Ну, хоть ледорубы-то у вас есть?" Рассказал об "опасном карнизе" на перевале Мазера (следующем после Пинчота) и других испытаниях, ожидающих нас впереди. Я слегка испугался, но Помидор никак не отреагировал на гонца с плохими вестями. "Такое часто бывает - говорит - люди понарассказывают такого, а потом оказывается, что ничего трудного вообще нет". Помидор совершает уже третий по счёту поход по Тихоокеанской тропе.

Как обычно, после перевала Пинчота был длинный спуск в U-образную долину. По мере нашего продвижения на север снежники встречаются всё ниже и ниже, равно как и замёрзшие озёра. Кажется, что догоняем уходящую зиму. Перед остановкой на ночь мы перешли через речку шириной в 20 метров - самую широкую из всех, которые нам приходилось переходить. Даже ловкому Человеку за бортом не удалось найти место, где можно было бы перепрыгнуть по камням или перелезть по брёвнам. Каждый по очереди приготовился морально, взял покрепче трекпалки и, придержав дыхание, вступил в ледяную воду. Нам казалось гораздо разумнее промочить кроссовки вечером и дать им за ночь частично высохнуть, чем перейти ручей с самого утра и целый день идти с мокрыми ногами. На другом берегу речки нашлось неплохое место для ночёвки. Человек за бортом сразу принялся за костёр, а мы с Чаком натянули свои палаточки. Ужинали у костра, сушили обувь и носки. Как обычно, все сидели на своих бачках для хранения пищи. Лучшего применения им не найти. В этот раз нам осталось идти только 8 км до следующего перевала. Есть надежда, что удастся избежать размякшего послеполуденного снега.

Прекрасное безоблачное утро у озера Рэй.
Уже самое время ходить по горам, а народу-то нет!
Чак переходит через шатающийся подвесной мостик. Многие дальноходы одеваются, как Чак, но такая одежда не лишена недостатков. Штаны с отстёгивающимися штанинами весят более чем в два раз больше, чем мои шорты и ветроштаны вместе взятые. Сравнительно толстая ткань рубашки впитывает в себя пот и пыль и заметно пачкается в местах активного потовыделения, поэтому, не выглядеть грязнулей практически невозможно. Короче, лучше взять раздельно лёгкие шорты и ветроштаны, а на торс - футболку + ветровку. Это легче, функциональнее и опрятнее.
Осина и пихта.
Приятный горный пейзаж.
Выше 3000 м ещё нет свежей зелени. Всё по-прежнему красиво, но суровее.
Указатель с изображением шотландско-американского натуралиста Джона Мюра, посвятившего жизнь исследованию Сьерра-Невада, просвещению общества о природном богатстве и красоте гор, а также идее о создании национальных парков и нетронутых человеком территорий. В его честь и названа тропа длиной 350 км по хребту Сьерра-Невада.
Последние шаги до перевала Пинчота. В этот раз Человек за бортом надел длинные, толстые носки для защиты ног от холода. Он носит рюкзак от Gossamer Gear, а Чак - от фирмы Osprey. В отличие от них на таких участках препочитаю использовать ледоруб. Он лучше держится в снегу и служит по-настоящему надёжной третьей точкой опоры. Но это же 280 грамм "лишнего" веса...
Переход через речку. Здесь трекпалки действительно незаменимы.
Наша стоянка. У каждого свой стиль: у меня слева тентик с клеёнкой и бивакзаком, у Человека за бортом белый тарптент из мягкой ткани тайвек (это одна из разновидностей тайвека, из неё шьют комбинезоны для маляров), а у Чака самый консервативный вариант - тарптент "Contrail" из силиконки. На переднем плане видна игрушка Человека за бортом - оранжевая летающая тарелка. Он ей находит и другие применения.

12.06.2009 (пятница). День 50.

Переход: 32 км, температура: 1/17 град., высота: 2440/3690 м, ночёвка: 2820 м. Миля 832.


Наконец-то, нам удалось вовремя подняться на очередной перевал и избежать уже надоевшего нам размякшего снега. Начали переход, как обычно, не позавтракав. Каждый перекусывает чем-то сладким и останавливается завтракать часов в 9-10, когда потеплело и есть хочется. Подходили к перевалу в одиночку. Когда поднялись над лесом, потеряли в снегу тропу и шли как попало по покрытым снегом протяжённым моренам. Остальные промочили ноги в ручейке с самого утра, но я умудрился найти место для сухого перехода 100 м выше по течению. Особой разницы нет: потом всё равно намочишь ноги в снегу. Примерно через час увидел Человека за бортом далеко впереди. Он махал руками, чтобы показать, где тропа. Перебрался к нему на ту сторону ручья, потом увидел далеко позади Чака. Он повторял мою ошибку и брал слишком вправо. Я начал аукать. Чак меня слышал и озадаченно осматривался, но, так и не увидев меня, пошёл дальше в том же направлении. Это повторялось несколько раз, пока он, наконец, не увидел меня. Дальше мы шли по твёрдому снегу и под моим уверенным руководством чуть было не направились не к тому перевалу. Вовремя достали карты и компасы и после долгих переговоров разобрались, куда идти. Оказывается, в "путеводителе Йоги" как раз предупреждают о возможности подняться не на тот перевал, когда всё покрыто снегом. Перебраться к нужному нам перевалу было нелегко, местами мы проваливались по ляжки в сугробы.

Поднимаясь на перевал Мазера, я понял, что вчерашнему туристу было так тяжело потому, что он спускался с перевала после обеда по размякшему снегу. Нас же снег хорошо держал, и мы поднялись без особого труда последние 100 метров по 40-градусному склону. С ледорубом было особенно легко. А небольшой карниз на перевале действительно имеет место быть. Если бы не увидел, как Помидор легко и с одной трекпалкой пересёк карниз, то, наверное, усомнился бы в возможности без риска для жизни подняться на перевал. С перевала открылись совершенно потрясающие виды на север и на юг. Предстоял очень длинный спуск по снегу. Только к концу наши ноги стали проваливаться в снег. "Опасный" Мазер успешно преодолён! "Теперь только в такое время суток будем подниматься на перевалы" - все согласились. (Кстати, вот неплохая статья о технике ходьбы по снегу).

На высоте 3000 м я увидел новый тип дерева - тсугу. Она узнаваема своими мягкими формами и свисающим кроном. Дойдя, как казалось, до конца высокогорной долины, тропа повернула налево и спустилась серпантинами по откосу в соседнюю, более низкую долину. Мы нашли гранитный уступ с бесподобным видом на долину и остановились пообедать и сушить вещи. Напарники достали свои тарптенты. Я сам никогда не спал в палатке от фирмы Tarptent, но мне не понравилось, что обычно приходится сушить палатки даже после ночи без осадков из-за собирающегося внутри конденсата. Неподалёку Помидор и Шара тоже сушили свои тарптенты. После неспешного обеда я пропустил ребят вперёд и шёл медленно, чтобы остаться наедине с миром. Было солнечно и нехолодно, дул лёгкий ветерок. Я спускался в пологую долину с высокими пихтами и соснами. В просветах леса то и дело проглядывались осины, покрытые свежей весенней листвой. Несколько раз я видел оленей. Не считаю себя особо сентиментальным человеком, но я прослезился от осознания окружающей меня красоты и моей собственной радости и благополучия. Такое возвышенное состояние у меня продолжалось больше часа и постепенно перешло в обыденное. Несколько раз шёл лёгкий дождь, но я даже не доставал зонт.

Достигнув минимальной высоты 2440 м, тропа свернула в боковую долину и опять пошла вверх. Температура падала, опускался туман. Мы дошли до широкого луга и разбили лагерь недалеко от парочки дальноходов, которых я увидел в день моего прибытия в Луги Кеннеди. Парень по кличке "Крапинка" крепко сложен, работал в цирке и занимался самыми разными видами спорта от скалолазания до фризби. От последнего, говорит, получал самые серьёзные травмы. Своей пышной бородой, длинными волосами и тонкими очками он напоминает какого-нибудь восточного мудреца. "Мэгги" - мягкая и общительная девушка. Как я понял, они из одного города, но не смогли или не захотели начать поход вместе. Возможно, он хотел дать ей побольше времени на физическую адаптацию. Чтобы догнать девушку до начала Сьерра-Невада, по его словам, ему пришлось проходить по 50-60 км в сутки много дней подряд. Теперь же норма для них 20-25 км - смеётся Мэгги. Любопытно, как "Крапинка" переносит такой неспешный темп. Вечером начался дождь, переходящий в снег. У Чака опять проблемы с тарптентом: колышки плохо держатся в рыхлой почве под весом мокрого снега. Надеюсь, не повторятся события 9-дневной давности. На ночь подогрел себе гречку с тунцом, обильно залитую оливковым маслом и посыпанную луковым порошком и щепоткой солью. Мням.

Последние шаги до перевала Мазера ("Mather").
Вид на юг. Чак поднимается на перевал.
Вид на север, куда и идём. На обратной стороне расположенных впереди вершин (т.н. "Palisades") находятся самые крупные ледники всего хребта. Именно там имеются наиболее благоприятные условия для многолетнего накопления льда.
Высокогорное озеро, которое видно вдалеке на предыдущей фотографии.
Вторая, более низкая часть долины.
Человек за бортом спускается по серпантинам в долину.
Распускающийся папоротник.
Весенний папоротник вылазит из-под камней.
Тропа пересекает множество маленьких ручейков. На заднем плане видно, как осины первыми завоёвывают открывшиеся в лесу просветы. Таковые появляются врезультате лесных пожаров, лавин, камнепадов или падения крупных деревьев.
Горный луг с характерными для высокогорья Запада США растениями.


Продолжить

 

обсудить статью на форуме Легкоход.com